Он не был мудрецом или философом. Также он не был кем-то известным и не имел особого почета или уважения. И не было на нем ярлыка или репутации. Он был самым обычным человеком, причем обычным во всех смыслах этого слова.

Но имелся вопрос, на который он желал найти ответ: а есть ли смысл в его жизни? Существует ли он просто так, по неприхотливой случайности биохимических реакций; или же ради выполнения некой задачи, для достижения какой-то несомненно великой цели? В работе над которой он, возможно, будет всего лишь незначительным винтиком – одним из миллиона, а то и миллиарда.

Он был уверен, что постижение смысла наполнит его жизнь и укажет задачи, на которые необходимо тратить усилия.

Но как понять смысл? Откуда следует начинать поиск?

Он взял карандаш и чистый лист бумаги. Нежно погладив лист ребром ладони так, будто собрался доверить ему самое сокровенное, он склонился над ним и написал: “Есть две непреложные истины: мы все когда-то родились, и все когда-то умрем”.

А что меж ними? – задумался он и отложил карандаш.

– Простите, я туда попал? – вдруг отвлек его незнакомый голос. Он вздрогнул от неожиданности и обернулся. Сзади стояло нечто. Розового цвета, с парой зеленых глаз и роскошной кудрявой гривой с синим бантом.
– Ты кто? – удивился он.
– Какая разница? – спросило нечто. – Разве без этого не ясен смысл моего вопроса?
– Ясен, вполне, но… А куда вам надо?
– Мое дело. Я же в ваши дела не лезу? – обиделось нечто. – Так да или нет?
– Не знаю…
– Ясно, – вздохнуло нечто и с грустью заключило. – Умный попался…
– А что тут такого? – удивился он.
– Да пользы от тебя никакой. Думаешь много, а на простой вопрос ответить не можешь.
Нечто подошло к окну и посмотрело на странной формы наручные часы.
– Пора мне, – сообщило оно.
– Погодите! А можно вопрос? – спросил он с надеждой в голосе.
– Давай, валяй.
– А вы случайно не знаете, в чем смысл жизни?
– Да ну, оно мне надо? – испугалось нечто. – Какой еще смысл? Живи в свое удовольствие да не парься. О, время!
Что-то щелкнуло и нечто исчезло.

– Хмм… – он почесал затылок и склонился над бумагой, перечитывая записанное. – Неужели смысл жизни в том, чтобы прожить ее в свое удовольствие?
Но размышления его грубо прервали.
– Простите великодушно что отрываю вас и вообще всячески беспокою, вы тут случайно розовое не видели?
Седой джентльмен в строгом смокинге застыл в почтительном наклоне, слегка приподняв свою шляпу и дружелюбно улыбаясь.
– Видел.
– А не сочтете ли за труд сообщить мне, куда оно направилось?
– Туда, – он указал в сторону окна.
– Это ж надо – туда, – расстроился джентльмен. – Вот нет чтоб куда-то еще, так нужно ж было именно туда.
– А что в этом плохого?
– Ай, – махнул рукой джентльмен. – Объяснять долго. А вы, как я вижу, что-то пишете? Слагаете мысли, так сказать. Вы умный?
– Не знаю, – он пожал плечами.
– Вероятно все-таки умный, раз пишете, – заключил джентльмен. – Следовательно, мы с вами одного круга. Одной природы, чтоб было понятнее. Не желаете ли что-либо обсудить, пока мы ожидаем?
– А разве розовое вернется?
– Понятное дело, – джентльмен утвердительно кивнул головой. – Ежели оно там, – кивнул он в сторону окна, – То непременно вернется, рано или поздно. Хотя, конечно, лучше рано, чем поздно. Вряд-ли вы согласитесь ждать пару-тройку столетий. Да и на чай, такие будут расходы… Ух! – мужик широко раздвинул руки. – Примерно вот такие.
– А вы хотите чаю?
– Раз уж вы предлагаете, то позволю себе не отказаться, – джентльмен достал резинку, одел на пальцы и стал играть нею в какую-то игру, расплывшись в довольной улыбке. – И пять кусочков сахара, пожалуйста.
– У меня только кофе.
– Сплошное расстройство, – обиделся джентльмен. Затем снял резинку с пальца и сунул обратно в карман. – Ну хоть скажите о чем пишете. Скучно же!
– Вот, пытаюсь понять смысл жизни.
– Да ну, – изумился джентльмен. – Разве такой простой вопрос стоит того, чтобы о нем писать? Однако…
– Вы знаете ответ?
– Конечно, – гордо заявил джентльмен. – Все знают. А вы меня просто удивляете, обладая таким-то умом…
– Так в чем смысл жизни? – нетерпеливо перебил он джентльмена.
– Не спешите! Так вот, обладая таким интеллектом как у вас, разве можно не понимать простейшей истины? – джентльмен снял шляпу, под которой обнажилась плешь, и с укором посмотрел на него.
– Какой истины?
– Не догадались! – горько произнес джентльмен. – Право же, я считал вас умнее. Ведь я считал вас равным себе! Но, как оказалось, весьма и весьма при этом заблуждался. Но так и быть, я проявлю снисходительность и дам возможность найти ответ, дабы реабилитировать себя в моих…
– Короче, кончай уже, – строго приказало розовое и вылезло из-под дивана. – Меня ищешь?
Джентльмен радостно подпрыгнул и усердно закивал головой.
– Вот молодец, держи, – розовое достало из что-то из кармана и бросило джентльмену в пасть. Тот ловко поймал угощение и с довольным видом принялся жевать.
– Так-то лучше. Ему только дай возможность поговорить… – недовольно сказало нечто и покосилось на лист бумаги. – Все пишете? Зря, погода сегодня отменная.
– А разве этот не ваш хозяин? – удивленно спросил он, кивнув на джентльмена, который снова достал резинку и молча играл в свою игру.
– Этот? Хозяин? – фыркнуло нечто. – Он же умный! Мы таких дома заводим для развлечения. Толку никакого, зато веселья полные штаны. Иногда как завернет эдакое…
– То есть он врал, что знает о смысле жизни?
– Может и не врал, – нечто зевнуло. – Времени у него полно на разные глупости.
– А вам разве не интересно?
– А зачем? – поинтересовалось нечто и глянуло на часы. – О, волны через час. Нужно успеть, катание на доске. Пробовали?
– Нет, – признался он.
– Ну так чего вы тогда время тратите на разную чушь? Попробуйте, оно того стоит, – сказало нечто.
Что-то снова щелкнуло. Нечто и джентльмен исчезли.

Он почесал затылок и снова уставился на лист бумаги. Затем взял его со стола, смял в небольшой шарик и забросил в мусорное ведро.